Category: философия

Category was added automatically. Read all entries about "философия".

рег_1

Совпадение как субстанция

Это копия того, что послал неомарксистам (http://m-introduction.livejournal.com/226479.html)
====================================

Человек существует постольку, поскольку он подключен.

Такова реальность "нового капитализма".

Подсоединенность - это удерживание вместе разделенного или это совпадение.

Совпадение, будучи блокированным, отдаляет людей от реальности как она есть.

Прокрастинатор, стало быть, это тот, кто производит реальность как реальность совпадений. Однако она отчуждается эксплуататорским классом, в результате как доминирующая выступает иллюзорная реальность навязанных представлений о "возможном невозможном". Блокировка истинной реальности происходит за счет внедрения внешнего критерия подключенности, а именно, критерия ее продуктивности, эффективности - с точки зрения буржуазного общества. Чему противостоит прокрастинатор. Ибо единственный критерий, определящий степень реальности подключения, это напряженность удерживания вместе разделенного. И в этом смысле подключение к Angry Birds может оказаться ничуть не менее реальным, допустим, чем подключение к финансовым потокам.

Стратегия прокрастинатора заключается в прояснении механизма подчинения внешнему, "имманентному невозможному", в конечном итоге, в отказе от выбора и в превращении империалистической войны в гражданскую. То есть, всякий предлагаемый буржуазией выбор отвергается, и в то же время, ищут совпадающих антагонистов в двух сторонах. (Как тут и что пока проговорено тихо и слабо).

Цель - борьба за истинную реальность. Первоочередная задача - сделать класс прокрастинаторов из класса в себе классом для себя.

Примерно так Йоэль Регев рассуждает о революционном классе прокрастинаторов в условиях «нового духа капитализма». По крайней мере, так я воспринял на слух его недавнее выступление на "Зимней школе" спекулятивных реалистов в Питере, спонсируемой оппозиционным олигархом Прохоровым. Йоэль пытается развивать так называемую "материалистическую диалектику" в русле общего течения спекулятивного реализма. На мой взгляд, сам по себе это достаточно интересный пример философского изворота - для философии, зажатой в тиски бытия и мышления. А конкретно на материалистическую диалектику я обратил внимание потому, что именно в этих построениях наиболее четко увидел общее для спекулятивных реалистов стремление выйти к чему-то третьему, причем абсолютному. Собственно, тут оно названо четко - это совпадение или удерживании вместе разделенного.

При этом декларируется субстанциональность совпадения. И хотя
могут существовать качественно различные модусы удерживания вместе разделенного, основополагающим является удерживание вместе разделенного как таковое. Стало быть, совпадение - субстанционально.

Пример удерживания вместе разделенного - совпадение логоса и праксиса. Но и в каждом из этих модусов бытия ли, мышления ли имеют место быть свои совпадения, одна только возможность удерживания вместе смыслов демонстрирует нам фундаментальность совпадения. И вот эта реальность совпадений на деле отчуждается в пользу "имманентно невозможного", будь-то "вещь в себе", объективный мир или какой-то религиозный абсолют. То есть, "здравый смысл" подчиняет реальность нашим представлениям о том, "как оно должно быть". Поэтому материалистическая диалектика в качестве основного вопроса ставит вопрос о механизме подобного отчуждения.

Итак, налицо не только выход за пределы "корреляционистских институтов", но четкое обозначение куда - к субстанции, не являющейся ни бытием, ни мышлением. Это нечто третье, не менее фундаментальное, а может, и изводящее все остальное. Важно заметить, что при этом ни бытие, ни мышление никуда не деваются, а продолжают оставаться в этом дискурсе основными категориями по необходимости.

Когда я обратил внимание на сие обстоятельство, а именно, на появление новой третьей категории, также заметив, что она чем-то напоминает мне платоновское Единое, то удовлетворительного ответа не получил. Мол, и речи нет о повороте взад или, если возвышенно, о возвращении к корням, мы радикалы, и прочее, прем только вперед.

Как бы оно ни было, эта попытка вырваться из кантовский Матрицы, мне симпатичнее изначального порыва К.Мейясу, который со всей очевидностью в этой самой Матрице так и остался, разве в ней слегка пошалил, побултыхался. Четырехлетней давности мои соображения по поводу Мейясу можно найти здесь:

В тисках бытия и мышления - 2 (это вроде введения)
В тисках бытия и мышления - 3

Что же касается перспектив материалистической диалектики, то пока мне трудно сказать, принесет ли это направление мысли что-то принципиально новое в философский дискурс, кроме новых словечек и оборотов речи, или это окажется очередными заметками на полях Платона, например, в духе продолжения метафизики Аристотеля, где субстанция совпадения представляет собой удерживание вместе материи и формы. Но определенно, сама речь ведется не в кантовской Матрице и не о ней. Что уже хорошо.

В заключение, постараюсь вкратце(!) дать услышанному интерпретацию в духе Платона и в дискурсе различения, а не совпадения. Право, что такое это совпадение? Прежде всего, чтобы ему случиться, одно от иного должно быть различено (или иное от одного разведено). А что необходимо для того, чтобы случилось само различение? Необходимо нечто третье, только по отношению к чему и различаются эти одно от иного. Стало быть, чтобы одному от иного различиться, необходимо породить какое-то сущее - говорил Платон - необходимо это третье, по рождению которого, и только, сущими становятся также одно и иное, то есть, они, наряду с третьим сущим, становятся различенными. Бытие это различение, ага.

Далее легко видеть, что становясь различенными или просто становясь, одно и иное лишь кажутся несвязанными, в то время как их сущностная связь присутствует всегда. Итак, хотя само по себе "связывание несвязанного" это просто вводящий в заблуждение оборот речи, можно сказать, что возможность связывания всякого "несвязанного", чему так удивляется Регев, имманентно присуща бытию. Нет тут у нас ничего несвязанного.

Теперь посмотрим на судьбу одного и иного. Понятно, что удерживание их вместе как разведенных это их различение или просто-напросто это и есть сущее бытие. От человека различение требует сил, духовного напряжения. А когда удерживание вместе разведенного ослабевает, то пропадает различие, различенное прежде сливается в тождестве и вываливается из бытия, проваливается в ничто. Такой человек оказывается, в лучшем случае, в мире извне навязанных иллюзий, в худшем - наедине со своим уставшим или, наоборот, взбесившимся воображением, и в том и в другом случае сводящим человека с ума перманентно пульсирующим недоразличием.

С другой стороны, посмотрим на совпадение логоса и праксиса. Чем удерживаются вместе эти основные модусы удерживания вместе? Вестимо, Единым! Ибо именно в Едином заключено различие между движением сущего и движением мысли (как иного сущего), и только в Едином. Поэтому-то там покой, и поэтому-то нас так манит к наднебесным высотам... Короче, не человек удерживает вместе бытие и мышление, но человек - постольку, поскольку он человек - определяется связью этих, казалось бы, разведенных модусов различения. Или - в самом человеке находится выход к тому третьему, что есть ни бытие, ни мышление. У кого где, а у меня "это" в верхушке затылка.

С раздвоением субстанции, что декларирует материалистическая диалектика, тоже никаких проблем в платонизме. Субстанция безпроблемно пульсирует, оставаясь в покое для нас, единственная проблемам состоит в том, чтобы ей для нас стать-быть, а нам удержать ее бытие.

В общем, при рассмотрении вчерне у меня вся эта каббалистика укладывается в Платона (еще место остается). И почему-то я не удивлен. Каббала вторична все же...

Что же касается диалектики реального и воображаемого или вопроса о соотнесении реальности с картиной мира, то это, действительно, серьезный и актуальный вопрос, он требует особого внимания. В чем генезис "имманентного невозможного" и как оно влияет на нашу реальность? Я этого слегка касался прошлой весной при разговоре о динамической Матрице, которую построил Маркс, и планирую к этому вопросу вернуться в будущем.






Александр Бронза




===========================
Ссылки по теме
(ранние выступления Й.Регева, так как в этот раз запись не велась):

1. http://www.sambation.net/index.php?title=Каббалистический_большевизм:_основные_положения&oldid=3621&diff=prev

2. http://vimeo.com/40002434
рег_1

В тисках бытия и мышления - 3

Напомню, что широко распространенная и довольно размытая философская позиция под условным названием корреляционизм заключается в признании бытия и мышления двумя основными философскими категориями при обязательной корреляции между ними. Здесь находится исток и спекулятивного реализма К. Мейясу. Но прежде чем перейти к этому новейшему течению мысли, поясню, что мои впечатления пока сугубо вторичны. Поэтому дальнейшее следует воспринимать с учетом этого обстоятельства - как размышления о том, о чем мне самому интересно, и о чем я лишь нашел предлог поговорить благодаря ранее упомянутой рецензии на книжку этого автора (К. Мейясу  После конечности. Эссе о необходимости контингентности). Из рецензии исключительно и буду цитировать, а если что, и если я чего не правильно понял, конечно, Фармакос виноват. Итак:

Мейясу проводит различие между метафизическим рассуждением и спекулятивным (p.47) – если второе стремится получить доступ к абсолютному как таковому (то есть просто не зависимому от мышления), то метафизическое претендует на доступ к абсолютному сущему, следовательно, любое метафизическое рассуждение является спекулятивным, но не наоборот.

Про «независимость от мышления» абсолютного отнюдь не просто, на мой взгляд (об адекватности современного понимания абсолютного я как-нибудь еще напишу). Но пропустим это, гораздо интереснее самим разобраться, что же здесь это такое абсолютное как таковое. По тексту, очевидно, что не сущее. И отвлекаясь от сущего в широком понимании, находим, что это принцип мышления (выбирали из категорий мышления и бытия, а больше не из чего). Читаем далее, и, действительно, его обнаруживаем - как присущий спекулятивному реализму принцип «мышления абсолютной возможности-быть-иным». То есть, возможность бытия иным полагается абсолютной, причем это полагается как принцип мышления. Что понятно, ведь сама "возможность" это опция мышления, и мы не можем ее ни отрывать от мышления, абсолютизируя саму по себе, ни приписывать тому сущему, которое мышлением положено как мыслимое, но не мыслительное, ибо ясно указано, что абсолютное как таковое не таковое абсолютное сущее. 
 
Теперь попытаемся понять, как этот принцип Мейясу "выводится". А дело в том, что в корреляционизме (и в трансцендентализме) для фактов мира нет никакого основания в самом мире. Прямиком отсюда и вытекает указанный принцип, по крайней мере, как принцип регулятивный для мышления. То есть, просто-напросто мышление такого мира обязано быть готово к любой новизне, в том числе, и самой "немыслимой". Далее заметим, что логично полагать, вослед трансцендентальной философиии, что и для форм данности фактов мира нет никакого основания в мире, и поэтому нет никакого основания мыслить невозможность самим этим формам быть иными. Следовательно, этот принцип  для мышления является не регулятивным, а конститутивным. Принцип мышления конституирующий само мышление! Признаем, что это, действительно, независимый от мышления его абсолютный принцип - в том смысле независимый, что каково бы ни было мышление (те самые формы данности), а он мышлением обязан выполняться (откуда, кстати, вытекает подчиненность бытия мышлению, ибо бытие теперь под строгим надзором принципа не чего-либо, а именно принципа мышления, который и возводится в абсолют).

Стало быть, абсолют как таковой есть «именно возможность этого бытия-иным». А раз это абсолют, тогда возможность бытия иным (или небытия) сопрягается со строжайшей необходимостью. Причем, возможность бытия иным в этом мире необходима как абсолютный принцип, и это принцип не собственно бытия, а принцип мышления.

Но позвольте, принцип мышления абсолютного - «быть-иным» - ничего не напоминает? Конечно, на непреложную неизбежность для абсолюта «быть иным» давным-давно была указано Платоном. С тех пор это есть главнейший принцип мышления об истинном бытии как таковом, вплоть до самого чистого бытия, воспетого Парменидом и прославленного самим Платоном – о Едином, всем абсолютам абсолюте. Более того, поскольку «бытие иным» или "иное" неотвратимо причастно как самому абсолюту, так и нашему бытию, постольку Платоном в философии легитимируется абсолют как абсолютное сущее. Абсолют,  причастный бытию, сущ. (Платон, 400 лет до нашей эры).

В целом же получается так: если есть сущий абсолют, тогда есть и принцип мышления «бытия иным», дабы абсолюту быть, а быть у него получается только иным; а если само мышление на себя возлагает принцип «бытия иным», то тут же обязательно появляется и абсолют как иное бытию с мышлением. То есть, за этим принципом мышления обязательно следует сущий абсолют и наоборот. Поэтому проводить различие между рассуждением о сущем абсолюте и спекуляцией об абсолютной возможности бытия иным с точки зрения платонизма есть какая-то несусветность, и это имеет хоть какой-то смысл в единственном случае – когда сущий абсолют искусственно выводится из сферы рассмотрения. Этот тезис может быть неверен лишь в отношении тех, кто занимается крайне спекулятивным философствованием, например, выстраивая метаонтологии и рассуждая о богах наших богов. Но даже в этом случае его еще надо доказать, что совсем нелегко, как нелегко порвать ниточку рассуждений, тянущуюся от нашего бытия.

У проницательного читателя может возникнуть резонный вопрос, не совершаю ли я подмену. А как же! Мейясу имеет в виду абсолютную возможность иного как возможность того, что вот было такое бытие, а стало иное, вдруг, стало все совсем иначе - были елки зеленые, а обернулись, и они красные. У Платона же иное (или иное бытие) означает лишь то, что оно иное как абсолюту, так и бытию – да, все там тоже иначе, но оно обязательно абсолюту и бытию причастное, то есть, существует не просто в корреляции с ними, но в конкретной временной увязке. И эта возможность реализуется благодаря существующему абсолюту. Поэтому, если не разрывать указанную временную причастность иного, убрав абсолют, то у меня выходит подмена. А чтобы подмены не было, ее стоит разорвать, иными словами, убрать сущий абсолют. (Что и делает Мейясу). И тогда в Платоне мы увидим… Мейясу. Но вдалеке, очень маленьким, а в непосредственной близи перед нами возникнет огромная фигура Канта. Collapse )

рег_1

О "методологах"

рег_1

О "проблеме посредника"

в дуалистических представлениях свое краткое резюме предлагает Косилова ( а вот по ссылкам рекомендую не лазать, по крайней мере, тем, кто в этих вопросах агрессивный наив не переваривает).

Там уточнил:
А что касается Канта, то все же, у него лишь Я причастно "другому уровню", и уровень тот - ноуменальный. Все остальное соткано из материи мысли и чувств.

То есть, Кант сводит проблему не "к специфике нашего мышления", а загоняет ее строго в Ноумен. Видимо, это самый изящный дуализм - ноуменального и явленного - где нет нужды задаваться вопросом о механизме смычки субстанций. Ибо она произведена в нужном месте и в нужное время - там, где нет ни места, ни времени.

Ссылки по теме: Collapse )

Однако, пробивает все чаще наших людей на "посредника". Так пойдет, потребуют  скоро "третьего", онтологически равного.

рег_1

А Гегель то - фашист!

Нечаянно набрел на мысль в беседе с rechi_k_bogu. А что? Апологет национального государства, немецкого к тому же. Ишь ты, видел в нем носителя и выразителя мирового духа. Государственник. Французов – да и прочих - не любил, отказывал им в праве на философию. Певец «немецкого духа», короче. Разве мало для коричневого? А я добавлю – гнусно искажал Платона!

рег_1

Как философы меня за Аристотеля забанили

Философы бывают разные. Люди же. Как везде. Некоторые не всегда догоняют, бывают туповатыми, бывают среди них и совсем дурные. От слова дурь.  Тоже ничего необычного. Но тут важно понимать, от чего дуреет человек… 

Вот случился у меня, казалось бы, обычный для философского форума разговор с философствующим гегельянцем. Который вдруг изрек:

N: в науке появляются откровенно диалектические направления, как-то квантовая механика, теория относительности, но конечно же изначально представление о диалектичности бытия физике стало доступно из спора о дуальности света, который признали и волной, и частицей, и это стало доступным потому, что участвовавшие в этом споре субъекты способны были мыслить диалектично

Я: Ложь и навет :) А сюда дети могут забрести, что они подумают о науке? Вы еще эв_теорию вспомните тогда уж. Даже диаматчики, кажется, до такого не доходили. А серьезно, можете обосновать? Ну, хоть гегелеподобность волны-частицы?

N: ? А разве не очевидно?
Например, фотон снимает в себе противоречия которые существуют между волной и частицей.

Я: Некоторым и астрал очевиден. Но они честно говорят, что доказать невозможно. И я про астрал ничего не доказываю. Однако пребывание на почве рационального знания накладывает на нас некоторые обязательства. Среди прочих и не на последнем месте доказательность наших утверждений без отсылов к очевидности. 

Collapse )

В этом месте пришел самый тупой философ, зовут его Alex.  И случился мне  бан.

Мораль. Не подпускайте философов к власти, даже на самом плюгавеньком форуме. Почему? А потому что власть – это бытие. А от бытия они - дуреют.  Проверено, неоднократно. Платон попробовал и сделал правильный вывод. Ушел в сады... 

рег_1

Дилемма

Если философы народ, то их надо бы уважать.
Если философы не народ, то их лучше бы поубивать.


Тут не поймешь… что делать. Но все зависит от настроения.  Вот из совсем недавней переписки с коллегой, призвавшего меня к барьеру.Collapse )


Это было одно настроение. А теперь дилемма - уважить иль все же поубивать – разрешилась.


Убивать, убивать, убивать!


Кто не выживет, тот не философ, а значит, и не мой народ.

рег_1

Почти прекрасное от krylov

КК выдал нечто замечательное, почти прекрасное, по крайне мере превосходящее многое, что обычно используют филологические барышни для мастурбирования. Написал таки про свое понимание философии. Использовал повод. И сочинил гимн шизы.

Философ может молчать. Философ может даже «не думать» — по крайней мере, в привычном для нас понимании этого слова; многие философы полагали прекращение мышления похвальным. В конце концов, философия не всегда нуждается даже в самой себе, в том, чтобы осознавать себя именно как «философию».

То, что ей нужно, она берёт там, где находит — будь то наука, литература, бытовой здравый смысл, откровение, заблуждение, постыдное пристрастие или душевная болезнь. В этом смысле философия совершенно неразборчива — как поэзия или огонь.

Философия свободна от всего, в том числе и от субъектности
Поскольку она является чистым самоопределением, постольку она свободна по отношению к вопросу «чем быть».

…ей не обязательно вообще быть, чтобы быть философией. Бывало и бывает, что философия (и, соответственно, долг философа) заключается в том, чтобы философией не заниматься.

Философ же мыслит именно что сам только потому что философия мыслит сама.

Ну, и пнуть, и побольнее, Лосева это обязательное уже для отечественной «мысли». А как же?  Ведь «был», собака.

Был ли Лосев «большим самобытным философом»? К сожалению, да.

У меня самого к Лосеву претензий с три короба и еще малая коробочка. Но я не знаю, кто еще здесь был «большим самобытным философом» так чтобы и большим, и самобытным. Чего ж жалеть по поводу бывших и «недостаточно удачных» ходов нашего бытия? Неконструктивно. Могло бы и вообще ход пропустить. А если уж убивать, то живых «философов», и если уж убивать, то без всякой жалости. Тоже ход.

Насчет паров керосина и масляной краски, что мешают дышать - очень верно. Так в масочке надо-сь. В масочке. Философия это тяжкий труд, а не «сделайте мне красиво» - тяжелые испарения сопутствуют ему как любому труду. Это потом приятно пахнущие книжечки напишут. Литературу. Это она работает со словом. А философия – против слова. И у каждого здесь своя борьба. Не в ее «значимости» дело. Философия всегда «чья-то» постольку, поскольку этот «кто-то» берет на себя ответственность. Не хухры-мухры. Бытиё. Сомнения.

Очень красиво искать Другого. Той мечта – Алые паруса. Этому подавай Парвуса. Но вот философия ищет не Другого, а себя. Точнее, это философ ищет свою философию, своею любовью пытаясь привлечь мудрость. Сугубо личное дело, между прочим. Уж точно личное до поры до времени. Куда он и с чем приходит - другой вопрос. Если философ оказывается метафизиком, ему достается жить «на два дома»,  в двух метафизических реальностях. И тогда кое о чем ему, действительно, лучше молчать. Ага, кое-что ему приходится называть даже не Другим  (типа евреем), а Иным (типа марсианином). Но только не говорите бедняге, что он об этом мечтал и такого счастья для себя искал.

Платон искал не Другого. Он искал Начало и говорил о Благе. О метафизике понятия не имел. Но умел отличать «специалистов по Платону» от настоящих философов. Писал про них диалоги. Платоновский мир един. И, в принципе, это уже давно объяснил Лосев. 

Философское исследование становится возможным только благодаря прикосновению к мудрости.

Истинно Платон.